Это не аббревиатура! Развенчан миф о названии NIVA



lada.ru

NIVА, пожалуй, единственный русский автобренд, которым интересуются и восхищаются во всем мире до сих пор (примеры – вот, вот, вот и вот). И вот "Ниве" 45! Да-да, эта торговая марка была зарегистрирована за полгода до старта массового выпуска – в конце ноября 1976 года. Газета "Волжский автостроитель" покопалась в архивах АвтоВАЗа и выяснила истинную историю происхождения названия знаменитого внедорожника.

Существует известная легенда, растиражированная несколько лет назад одним известным СМИ и даже попавшая в "Википедию" в качестве достоверного факта. Согласно этому мифу название "НИВА" – это аббревиатура. Якобы имя машины образовано из начальных букв имен детей двух ее ведущих разработчиков – Петра Михайловича Прусова (дочки Наталья и Ирина) и Владимира Сергеевича Соловьева (сыновья Вадим и Андрей). Оказалось, что это лишь красивая сказка, и вот почему.

"Сына Владимира Соловьева зовут Сергей, и никакого Вадима отродясь не было!, – возмущается главный дизайнер "Нивы" Валерий Семушкин. – Если так, то машина должна называться "НИСА"?"

Вот и в книге о первом генконструкторе ВАЗа, изданной в 2000 году, "Владимир Сергеевич Соловьев, человек, конструктор, творец" говорится, что его сын – Сергей, 1944 года рождения. Да и логика названия машин по первым буквам имен детей создателей, учитывая тоталитарные советские времена, выглядит совершенно безумной. По ней ВАЗ-2101 – это Вова, Алеша и Зина, а ГАЗ-3110 – Гена, Аня и Зяма? Это же не Запад, где одна из марок огромного концерна получила имя дочки даже не владельца, а дипломата (первый успешный образец Mercedes 35 PS по настоянию консула Австро-Венгрии в Ницце назван по имени его дочери Мерседес)! Советские же автомобили строго именовались по аббревиатуре завода-производителя и могли лишь дополнительно носить торговые названия – "Победа", "Волга", "Чайка", "Жигули"…

Откуда же растут уши у легенды? Генконструктор ВАЗа Петр Прусов прославился не только своими автомобильными разработками.

"Петя тот еще фантазер!" – вспоминал предшественник Прусова на посту Георгий Константинович Мирзоев.

"Тот самых Прусов", как звали его на заводе, очень любил шутки ("самых" – его любимая присказка). Особенно Петр Михайлович любил разыгрывать журналистов. Видимо, и рассказывая о создании "Нивы", не удержался…

Что же касается истинной истории происхождения названия "Нива", то все началось в начале 1970-х. Первый опытный образец носил неофициальное название "Крокодил Гена" – во-первых, из-за кислотно зеленого цвета кузова, а во-вторых на ВАЗе тогда уже разрабатывался "Чебурашка" – экспериментальная малолитражка Э1101, которая не пошла в серию.

Второе имя – Formika (лат. "муравей") – "Нива" получила, как ни смешно это применительно к изделию советского автопрома, под видом… борьбы с западным техническим шпионажем. Из соображений конспирации на решетку радиатора, заклеенную пластырем, повесили шильдик в виде почему-то мальтийского креста, вписанного в окружность, а испытателям велели отвечать всем любопытным, что они тестируют новый румынский FIAT.

Русское поле, колосящееся пшеницей – вот что должно было представляться первым советским покупателям полноприводного внедорожника. Он и разрабатывался всего лишь как проходимый автомобиль для сельской местности. Фактически машина должна была стать "гражданской" заменой командирского "уазика", который повсеместно использовался председателями колхозов и совхозов.

Название "Нива" появляется на всей проектной документации ВАЗа уже в середине 70-х. Авторы названия посчитали, что оно звучит достаточно благозвучно почти на всех языках стран социалистического лагеря. И только для братской Кубы внедорожник поставлялся под стандартным именем Lada, поскольку NIVA по-испански очень похоже на NO VA, что означает "не едет".

В рукописных заметках главного дизайнера "Нивы" Валерия Павловича Семушкина говорится, что не только ходовые качества, но и внешний вид машины принимала в 1976 году последняя инстанция – сам генеральный секретарь ЦК КПСС Леонид Ильич Брежнев.

"Пламенный борец за мир, за коммунизм", как его называли в тогдашней прессе, сел за руль еще экспериментальной модели, газанул – а Брежнев был известным в СССР лихачом – и к ужасу охраны скрылся из поля зрения где-то за Жигулевскими горами.

Вернулся Леонид Ильич лишь через полчаса. Махнул рукой и сказал:

— Делайте!

Источник




Добавить комментарий